Обама рассказал о России, Трампе и Путине в своих мемуарах Он описал слабые стороны российской политики и свои ошибки
В США 17 ноября поступил в продажу первый том новой книги 44-го президента США Барака Обамы «Земля обетованная» (A Promised Land). Мемуары описывают его политическую карьеру и первый президентский срок. В книге дается характеристика нескольких политических фигур с точки зрения бывшего главы государства, находившегося у власти с 2009-го по 2017 год.
Обама признавал, что процесс написания «шел не совсем по плану», о чем свидетельствует и тот факт, что книга в итоге была разделена на два тома, которые выпустят в разное время. Это уже третьи мемуары бывшего президента. Первая книга выходила в 1995 году и называлась «Мечта моего отца». Вторая, «Дерзость надежды», была выпущена в 2006-м.
В книге «Земля обетованная» говорится, что Россия утратила статус сверхдержавы по нескольким причинам. По мнению бывшего американского лидера, стране не хватает союзников и военных баз. «России при ядерном арсенале, уступавшем только нашему [американскому], не хватало широкой сети альянсов и баз, которые позволяют США проецировать свою военную мощь во всем мире», — написал Обама.
Он также указал на зависимость России от экспорта нефти, газа, минералов и вооружений, и акцентировал внимание на том, что экономика страны в годы его президентства «продолжала уступать» экономикам таких стран, как Италия, Канада и Бразилия. Помимо прочего, политик отметил исследования, показывающие высокий уровень коррупции и низкую продолжительность жизни мужского населения.
Обама счел, что Москва во многом настроена против Вашингтона. По его словам, об этом свидетельствуют «блокирование Россией поддерживаемых США инициатив в Совете Безопасности ООН», а также «активизация усилий по предотвращению выхода бывших стран советского блока из орбиты влияния» Москвы.
Обама вспоминает, что многие считали Джо Байдена — вероятного победителя прошедших 3 ноября выборов президента США — скептиком. Это было связано, в том числе с тем, что он плохо относился к участию США в войне в Афганистане.
Подробнее всего он пишет о выборе Байдена в качестве своего кандидата на пост вице-президента. «Мне понравился тот факт, что Джо был более чем готов занять пост президента, если со мной что-то случится — а это могло бы успокоить тех, кто все еще беспокоился, что я слишком молод», — отметил Обама.
Впрочем, по его словам, важнее была интуиция, подсказывавшая ему: «Джо был порядочным, честным и лояльным». «Я считал, что он заботится о простых людях, и что я могу ему доверять, когда дела идут плохо. Я бы не остался разочарован», — добавил политик.
Говоря о своем преемнике Дональде Трампе, Обама отметил, что тот воспользовался настроениями граждан перед выборами. Экс-президент вспомнил о слухах, что он родился не в США и, следовательно, был незаконным президентом. «Он [Трамп] обещал миллионам американцев, напуганных присутствием темнокожего человека в Белом доме, лекарство от расистских страхов», — написал Обама.
Политик также указал на феномен Трампа: высказывания, которые всегда считались вульгарными и неприличными, неожиданно принесли тому медийный успех. «В этом смысле не было большой разницы между Трампом, [бывшим спикером палаты представителей, республиканцем Джоном] Бонером или [спикером сената, республиканцем Митчем] Макконнеллом. Они тоже понимали, что не имеет значения, правду ли они сказали, — написал Обама. — Фактически единственная разница между их политическими стилями заключалась в том, что у Трампа вообще отсутствовала сдержанность.»
Бывший президент отмечает, что изначально выходки Трампа воспринимались скорее как шутка. Однако избрание чернокожего президента в 2008 году усилило разногласия в обществе, и республиканцы начали использовать это в своих политических целях. По мнению Обамы, в конечном итоге взгляды, «перекочевавшие с периферии политики в ее центр», и изменили Республиканскую партию. «Казалось, что само мое присутствие в Белом доме вызвало глубокую панику, ощущение того, что естественный порядок вещей был нарушен», — написал он.
В целом тема противостояния с республиканцами и трансформации партии упоминается не один раз. В этой связи он вспоминает кандидата в президенты на выборах 2008-го Джона Маккейна и шедшую с ним кандидата в вице-президенты Сару Пэйлин. Последняя за восемь лет правления Обамы поднялась в рядах партии.
«Казалось, что через Пэйлин находят свой путь к центральной сцене темные духи, которые долго скрывались в углах современной Республиканской партии, — ксенофобия, антиинтеллектуализм, параноидальные теории заговора, антипатия к чернокожим и цветным», — написал экс-президент. По его словам, именно она стала шаблоном для последующих политиков-республиканцев.
Он добавил, что борьба с ними повлияла на некоторые из его повседневных президентских решений. Он отметил, что и так трудный выбор зачастую усложняли внутренние споры, бесхозяйственность со стороны предыдущей администрации и обструкционизм со стороны Республиканской партии.
44-й президент указал, что ошибки совершали не только его оппоненты, но и он сам. Так, «горькой пилюлей, которую нужно проглотить», он назвал свою неспособность провести иммиграционную реформу. Отдельно он отметил и плохое состояние экономики в период промежуточных выборов 2010 года, когда Республиканская партия восстановила контроль над палатой представителей Конгресса.
«Выборы не доказали, что наш курс был неправильным. Они просто доказали, что (. ) мне не удалось сплотить нацию, как когда-то сделал Рузвельт. Для меня это оказалось столь же ужасно», — написал Обама.
Отдельно бывший президент признается и в личных слабостях. Он рассказал, как стресс в Белом доме подтолкнул его начать курить. Обама иногда выкуривал восемь, девять или даже десять сигарет в день, а также искал «тихое место, чтобы перекурить вечером». Бросил он после того, как его дочь Малия «почувствовала запах сигарет» — тогда он перешел на жвачку с никотином.
«В мире Путина отсутствие угрызений совести — не недостаток, а преимущество». Отрывок из новой книги Барака Обамы
The Insider
«Я думаю, – сказала она, – я никогда в жизни не чувствовала себя такой уставшей». Почти полуденный сон, казалось, вылечил девочек от смены часовых поясов. Некоторые моменты из этой нашей совместной поездки в Москву запомнились мне, словно они произошли вчера. Саша шагает рядом со мной через величественные залы Кремля, устеленные красными коврами, за ней следуют высокие российские офицеры в форме. А сама Саша засунула руки в карманы своего песочного цвета плаща, как если бы она была крохотным секретным агентом. Или Малия, пытающаяся сдержать гримасу после того, как она храбро согласилась попробовать икру в ресторане на крыше с видом на Красную площадь. (Как и следовало ожидать, Саша отказалась от кучки слизистой черной гадости на моей ложке, даже рискуя не получить позже рожок в магазине мороженого). /…/
Мы с Медведевым обменялись своим опытом преподавания права, и он признался, что любит Deep Purple
Когда Мишель заснула рядом со мной в темноте машины, я был поражен тем, насколько обычным был этот вечер – с таким же успехом, если бы не переводчики, которые незаметно сидели позади нас, пока мы ели, мы могли бы присутствовать на званом обеде в любом зажиточном американском пригороде. У нас с Медведевым было немало общих черт: мы оба изучали и преподавали право, через несколько лет поженились и создали семьи, баловались политикой, и нам помогали более старые и опытные политики. Это заставило меня задуматься о том, насколько различия между нами можно объяснить нашими характерами и предрасположенностями, а насколько – просто разными жизненными обстоятельствами. В отличие от него, мне посчастливилось родиться в стране, где ради политического успеха от меня не требовалось закрывать глаза на откаты в миллиарды долларов или шантаж политических оппонентов.
Я заметил небрежность в его движениях и хорошо отработанное равнодушие в голосе, что указывало на человека, привыкшего быть окруженным подчиненными и просителями
Путин сразу перечислил все несправедливости, предательства и обиды, которым он и русский народ якобы подверглись со стороны американцев
Затем последовал укороченный по времени кремлевский обед с Медведевым и целый зал, наполненный важными персонами, после чего еще предстоял круглый стол с лидерами американского и российского бизнеса, где шел обмен стандартными призывами к расширению экономического сотрудничества. К тому времени, когда я прибыл на организованную Макфолом встречу с представителями гражданского общества США и России, я почувствовал, что разница во времени дает о себе знать. Я был доволен тем, что смог сесть, отдышаться и выслушать выступавших до меня. Это были люди, близкие мне по духу: демократические активисты, руководители некоммерческих организаций и общественные активисты, работающие на низовом уровне с жилищными вопросами, вопросами общественного здравоохранения и участия в политической жизни. В основном они трудились в безвестности, боролись за средства, чтобы поддерживать свою деятельность на плаву, и редко имели возможность выезжать за пределы своих городов, а тем более по приглашению президента США. С одним из американцев я даже работал в свое время в Чикаго.
«Чикагская машина» (Chicago machine) и Таммани-холл (Tammany Hall) в Нью-Йорке – наиболее крупные политические машины США во второй половине XIX – первой половине XX века. Они были способны мобилизовывать достаточное количество лояльных избирателей, чтобы систематически выигрывать местные выборы, и управлялись единоличными лидерами (боссами, англ. boss). Подобные политические машины десятилетиями удерживали политический и административный контроль над своими территориями (городскими районами, городами, округами или штатами).
Чтобы снизить риск ядерной катастрофы или новой войны на Ближнем Востоке, я провел все утро, оказывая знаки внимания диктатору
Я мог сказать себе, что компромиссы существуют повсюду, что для того, чтобы решить внутриамериканские проблемы, я заключал сделки с политиками, чье отношение не так уж отличалось от Путина и чьи этические стандарты не всегда подвергались тщательной проверке. Но сейчас все было иначе. Ставки были выше для обеих сторон. Наконец, встав, чтобы выступить, я похвалил людей в зале за их смелость и преданность делу и призвал их сосредоточиться не только на демократии и гражданских правах, но и на конкретных стратегиях по обеспечению людей работой, образованием, здравоохранением и достойным жильем. Обращаясь к русским в аудитории, я сказал, что Америка не может и не должна сражаться за них, что будущее России должны определять они. Но я добавил, что буду болеть за них, твердо убежденный в том, что все люди стремятся к принципам прав человека, верховенства закона и самоуправления. Зал разразился аплодисментами. Макфол просиял. Я был рад, что смог хоть ненадолго поднять настроение хороших людей, выполняющих тяжелую, а иногда и опасную работу. Я считал, что даже в России это окупится в долгосрочной перспективе. Тем не менее, я не мог избавиться от опасений, что путинский способ ведения дел имеет бОльшую силу и внутренний импульс, чем я хотел признать, что в нынешнем мире многие из этих подающих надежду активистов могут вскоре оказаться на обочине политической жизни или подвергнуться репрессиям со стороны собственной власти – и я мало что могу сделать, чтобы их защитить.
«Если мы не победим, этой стране конец»: главное из новых мемуаров Барака Обамы
Барак Обама, по собственному признанию, планировал написать книгу за год и страниц на 500. Но вышло иначе: на «Землю обетованную» у него ушло два с половиной года, вместо 500 получилось 768 страниц, и то это не вся биография, а только первый ее том, охватывающий события до мая 2011 года. Объем тома не останавливает читателей в США, которые, судя по успехам предпродаж, готовятся моментально смести с полок все 3,4 млн экземпляров. Ажиотаж вокруг книги Обамы, как сообщает The New York Times, стоит такой, что даже маленькие книжные магазины в провинциальных городках в самых прореспубликанских штатах заказывают по 40 экземпляров. Часть американского тиража издателям из Penguin Random House пришлось печать в Германии и доставлять в Новый Свет морем.
Кроме английского книга выйдет еще на двух десятках языков в разных странах мира, общим тиражом 2,5 млн экземпляров. Публике также будет доступна аудиоверсия, озвученная самим Бараком Обамой.
Рассуждает Обама и о России в целом. По его мнению, несмотря на то что страна располагает ядерным арсеналом, уступающим только американскому, она утратила статус ядерной сверхдержавы, так как у нее нет огромной сети союзников и баз, которые позволили США распространить свою силу по всей планете.
Темные силы Республиканской партии
44-й президент США не пожалел слов и эмоций для Республиканской партии — судя по отрывкам, которые цитируют американские СМИ. «Казалось, что темные силы, до сих пор обитавшие в закоулках современной Республиканской партии, — ксенофобия, антиинтеллектуализм, параноидальные конспирологические теории, неприязнь к черным — выступали вперед», — пишет он, вспоминая Сару Пэйлин, которая в 2008 году шла кандидатом в вице-президенты в команде Маккейна: «Ее яркое восхождение и утверждение кандидатом послужило образцом для будущих политиков». Автор задается вопросом: выбрал бы ее Маккейн, если бы знал, что все так обернется?
В другом месте Обама с возмущением рассказывает, как проходило обсуждение программы TARP (Troubled Asset Relief Program), по которой правительство после кризиса 2008 года скупало токсичные активы американских компаний, чтобы поддержать финансовый сектор. На встрече присутствовали Буш-младший, который досиживал в кресле последние дни, и кандидаты от республиканцев и демократов. Республиканцы, как выяснилось, вообще ничего не знали о деталях программы и не вникали в них: им хотелось поскорее закончить обсуждение и быстро проголосовать. В конце концов Буш, если верить рассказчику, просто сказал, что он уже ничего не понимает в происходящем и встреча окончена. Кто-то позднее спросил у Обамы: «Ну, как все прошло?» Тот ответил: «Для нас — прекрасно. Если мы не победим, этой стране конец».
Досталось и Трампу, которому автор припомнил расистские выпады в свой адрес – по поводу того, что Барак Хусейн Обама якобы не родился в США. «Казалось, само мое присутствие в Белом доме спровоцировало глубинную панику, чувство нарушения естественного хода вещей, которое Дональд Трамп прекрасно понимал, когда стал делать заявления о том, что я не родился в США и не могу быть легитимным президентом. Миллионам американцев, испуганных черным в Белом доме, он обещал эликсир от их расовой тревожности». Впрочем, в адрес противников он нашел и добрые слова. Например, поблагодарил за оперативное освобождение Белого дома после выборов 2008 года. И вспомнил, что дочери Буша Барбара и Дженна даже нашли время, чтобы приехать и показать самые интересные места Белого дома его дочкам Малии и Саше.
Настоящий Джо Байден
Избранный в 2020 году американский президент Джо Байден (финальный результат голосования еще ожидается. — Forbes Life) при Обаме был вице-президентом. Интересно, что, когда в 2008 году надо было выбирать, кого назначать кандидатом в вице-президенты, Обама пошел против большинства своих советников, которые предпочитали Тима Кейна, сенатора от Виргинии. Обама опасался, что вместе с Кейном они будут «двумя относительно молодыми, неопытными либеральными адвокатами по гражданским правам». В то время как Байден уже тогда считался представителем «старой школы» и имел большой опыт работы в международных отношениях и в Конгрессе. «Джо был бы больше готов стать президентом, если бы со мной что-то случилось, — писал Обама. — Я нутром чувствовал, что Джо был настоящий, честный и лояльный. Я верил, что он заботился о простых людях и что в трудное время я смогу ему доверять. И я не был разочарован».
Мишель Обама, которая не хотела в Белый дом
Супруга Барака Обамы, похоже, не очень-то одобряла его политическую карьеру. Когда он еще только задумался о том, чтобы стать сенатором от Иллинойса, она припомнила Обаме, какой тяжестью легла на семейный бюджет его предыдущая политическая гонка. «Вот что, Барак, — сказала тогда Мишель. — Это в последний раз. И даже не думай, что я буду за тебя агитировать. На самом деле ты даже на мой голос можешь не рассчитывать».
Спустя всего два года после того, как Обама стал сенатором, его стали выдвигать в президенты. На это Мишель тоже отреагировала без энтузиазма: «Если все это правда, то мой ответ — нет, — говорила она. — Я не хочу, чтобы ты в этом участвовал. Господи, Барак, когда же ты успокоишься?» При этом, как любящая супруга, на деле она продолжала его во всем поддерживать.
За что Обаме дали Нобелевку
Обаму в свое время раскритиковали за заявление о том, что он готов встречаться с каким угодно лидером, если встреча принесет пользу Америке. Противники Обамы были убеждены, что встречу с американским президентом еще надо заслужить, она должна оставаться честью и привилегией, а президент-демократ ее обесценивал. В «Земле обетованной» Обама заявляет, что не изменил своего мнения и по-прежнему считает, что президент США должен общаться с самыми разными лидерами из других стран и не бояться шире применять дипломатию для решения конфликтов.
Большой резонанс вызвало и вручение Обаме Нобелевской премии мира. По воспоминаниям, новость ему сообщил по телефону пресс-секретарь Белого дома Роберт Гиббс. Дело было в октябре 2009 года, в самом начале первого президентского срока Обамы. Первой реакцией его на эту новость было удивление, он спросил: «За что?» Гиббс, как пишет автор, на этот вопрос деликатно не ответил.
Громкие реформы и курение
Курение, по признанию автора, было единственной вредной привычкой, которую он, шагая по жизни, донес до Белого дома. Долгое время страна об этом не знала (ранее Обама заявлял, что бросил курить, еще когда в первый раз шел в Сенат). Теперь бывший президент признается, что тайком покуривал, спасаясь от стресса. В тяжелую пору он мог выкурить за день семь, восемь, девять и даже 10 сигарет и бросил окончательно, уже будучи президентом, — и помогла ему в этом знаменитая реформа здравоохранения США.
Принятие закона ACA (Affordable Care Act) в 2010 году, обеспечившего медицинскими страховками порядка 20 млн малоимущих американцев, — однозначно самая значительная реформа Обамы в первые годы работы в Белом доме. Однако оно имеет не только плюсы, но и сильные минусы и яростных противников, которые до сих пор хотят избавиться от страховки, прозванной в народе Obamacare. Один из них — действующий президент Трамп, который называл реформу медицинского страхования неработающей и слишком дорогой.
В книге Обама признается, что вначале не ожидал, что задача окажется настолько сложной. Логика ACA казалась ему столь очевидной, что он рассчитывал даже на голоса оппонентов (любой гражданин США теперь обязан иметь минимальную страховку, если ее не предоставляет работодатель, он должен оплатить ее сам. При этом малоимущим предусматриваются субсидии. — Forbes Life). Однако «Чайная партия» убежденных правых создала ему сильный противовес. Обаму называли социалистом, который хочет все отнять и поделить. В какой-то момент позиции Обамы были настолько ослаблены, что ему даже стали советовать отказаться от этой идеи. Закон был одобрен Конгрессом только в 2010 году, и именно в тот день Обама пообещал самому себе окончательно бросить курить. «Я пошел к врачу и попросил никотиновую жвачку — и не выкурил больше ни одной сигареты», — пишет он в автобиографии.
О самом тяжелом
Конец и будущее
Первый том заканчивается описанием встречи президента с морпехами из спецназа ВМФ США в Кентукки 6 мая 2011 года — спустя несколько дней после того, как они ликвидировали Усаму бен Ладена.
Название книги «Земля обетованная», как нетрудно догадаться, отсылает читателя к феномену «американской мечты». Выступая 15 ноября в передаче 60 Minutes на канале CBS, Обама сказал ведущему Скотту Пелли: «Даже если мы и не обретем ее в течение нашей жизни и даже если мы на пути будем переживать трудности и разочарования, я все-таки верю, что мы можем создать более совершенную страну. Не совершенную, а более совершенную».
Подробнее об этом же можно прочитать и в отрывке из книги, который неделю назад опубликовал The Atlantic: «Что я могу сказать с уверенностью: я пока еще не готов отказаться от перспектив Америки. И не только во имя будущих поколений американцев, но вообще для всего человечества. Я убежден, что пандемия, которую мы сегодня переживаем, — это одновременно и манифестация единого и взаимосвязанного мира, и небольшая задержка на нашем пути к нему. К миру, где неизбежно столкновение народов и культур. В этом мире глобальной торговли, мгновенного движения капитала, социальных сетей, транснационального терроризма, изменения климата, массовой миграции и бесконечного усложнения мы или научимся жить вместе, взаимодействовать и уважать друг друга, или погибнем».
Уроки демократии за высокий прайс: что мы узнали из нашумевших мемуаров Барака Обамы
Мемуары Барака Обамы «Земля обетованная» — первый том воспоминаний о жизни в Белом доме, написать которые он обещал еще после конца президентского срока, но чуток подзадержался. Возможно, на задержку повлияла президентская кампания Джо Байдена. Обама пишет о Байдене тепло и сочувственно, восхваляя его за то, что личные трагедии не помешали его счастливому характеру, — такая поддержка наверняка сыграла бы в плюс Байдену во время президентской гонки. Зато теперь победа Байдена, возможно, помогла книге Барака Обамы разойтись в 1,7 миллиона экземпляров в первую неделю продаж в одной только Северной Америке. А может, читатели просто соскучились по самому харизматичному президенту США в истории, целью которого было и остается приделать к политике человеческое лицо.
Было по чему соскучиться — после победы Дональда Трампа Обама на пару лет пропал с радаров. В предисловии он признается, что написание книги заняло гораздо больше времени, чем он предполагал: и потому, что вместе с женой Мишель взял паузу на поплавать, поужинать и пожить своей жизнью, и потому, что у книги была одна сверхцель, близкая к невозможной, — доказать, что Америка действительно ценит свои идеалы, а не использует их для прикрытия расовой дискриминации или дикого капитализма.
Впрочем, о Трампе позже — он и в книге Обамы появится на самых последних страницах. А для русского читателя самые интересные страницы мемуаров Барака Обамы — те, где он пишет о своих редких встречах c российскими лидерами, прежде всего с Дмитрием Медведевым, с президентством которого совпало пребывание Обамы в Белом Доме. Интересно не то, что рассказывает Обама о Медведеве, а как он об этом говорит, какие слова выбирает для описания своих встреч. Вот Медведев: «ребенок» (!) с плаката Новой России, молодой, подтянутый, в сидящих по фигуре европейских костюмах. «Но только настоящую власть в России он не представляет — эта роль занята его боссом, Владимиром Путиным, бывшим офицером КГБ, двукратным президентом и в данный момент премьер-министром и лидером правительства, которое, как всякое традиционное правительство, напоминает криминальный синдикат, охвативший своими щупальцами практически каждый аспект экономики страны».
Коротенький человечек с темными волосами, приветливый, немного извиняющийся, более напоминающий менеджера международной корпорации, чем президента страны, — слова Обамы о Медведеве кажутся и сочувственными, и слишком жесткими. Но затем Обама описывает семейный ужин на даче у Медведевых, поразившей его своими громадными размерами, и разговоры о Deep Purple и трудностях воспитания подростков и посвящает несколько абзацев размышлению, что на самом деле они с Медведевым даже похожи, только Обаме повезло родиться в стране, где твоя политическая карьера не зависит от партийных боссов.
Русскому читателю должно стать даже обидно, как мало места мы занимаем на страницах этой 800-страничной книги и как мало значим в глобальной повестке, ну или в той мировой политике, которую вел Барак Обама. В его мемуарах мир как единство земного шара означает именно мир без войны. А его собственные усилия в международной политике сводятся только к тому, чтобы войны не допустить, хотя, казалось, ее хотят все вокруг. «Избежать войны гораздо труднее, чем ввязаться в нее», — вздыхает он на очередном этапе переговоров об ограничении ядерной программы Ирана. Очевидно, для него очень важно, чтобы эти усилия сделать мир местом чуть более безопасным не остались незамеченными.
Есть старая поговорка «Худой мир лучше доброй ссоры». В центре воспоминаний Барака Обамы — именно он, худой мир. Самый драматический момент книги происходит вовсе не на медведевской даче и не под взглядом холодных путинских глаз. Эта сосредоточенность на внешней политике, на ядерном разоружении, практически попытка сообщить читателю, что именно Обама предотвратил четвертую мировую, тем страннее выглядит на фоне того, что при Обаме Америка участвовала в четырех военных кампаниях. Еще один из парадоксов Барака Обамы: демократ, который берет за свое свободное слово дороже своих республиканских оппонентов, и миротворец, который сеет мир огнем и мечом. Собственно, кульминация его первого срока случается в самом конце воспоминаний — и это операция по уничтожению бен Ладена.
Апрель 2011 года. Обама уже решает баллотироваться на второй срок. И тут в медиа врывается гигантский тролль по имени Дональд Трамп и начинает по всем каналам рассказывать, что Обама рожден не в США («Он не хочет показывать нам своего свидетельства о рождении, потому что он что-то скрывает») и, возможно, не имеет высшего образования. Барак Обама решает игнорировать обвинения как абсурдные, само рассосется. «Я его никогда не встречал», — пишет он про Трампа в своей книге, но перечисляет пару гадостей про «ищущего внимания девелопера». Но вот уже более сорока процентов республиканцев поверили, что свидетельство о рождении Обамы подделано, уже тему вовсю исследуют политические репортеры, отвлекаясь от действительно важных новостей, а кабельные каналы показывают часовые передачи о тайне рождении Обамы, уже обсуждения бюджета превращаются в обсуждение места рождения президента, а в это время в Оперативном штабе готовится операция по ликвидации Усамы бен Ладена.
В разгар трамповской кампании по дискредитации Обамы президент созывает пресс-конференцию, нет, не чтобы показать журналистам сертификат о своем рождении, а чтобы сказать: «Мы выше всего этого», глядя им прямо в глаза, всем сразу и каждому по очереди. Несколько дней спустя Трамп появится на ужине для корреспондентов Белого дома — железная гарантия, что здесь никто сегодня не будет думать о Пакистане, горько говорит Обама. И хотя Трамп уже признал, что Обама действительно рожден на Гавайях, президент все равно воспользовался возможностью вдоволь поиздеваться над соперником. «Теперь Дональд наконец-то может вернуться к реальным проблемам: например, действительно ли американцы высадились на Луне», — говорит он, обращаясь к прессе, пока сам Трамп сидит, опустив лицо — то ли ему и правда стыдно, то ли он понимает, что в конечном счете выигрывает, оставаясь в центре спектакля. Потому что, говорит Обама, превращать все в спектакль в Америке 2011-го было формой власти и Трамп «торговался в валюте, на которую при всей ее мелочности можно было приобрести все больше».
